Правда ли, что обитатели Кремниевой долины запрещают своим детям гаджеты, и зачем в смарт-школе будущего нужен учитель

Не слушайте Стива Джобса
В 2010 г. основатель Apple Стив Джобс шокировал корреспондента газеты The New York Times заявлением, что его дети не пользуются планшетом iPad, потому что родители ограничили использование технических новинок дома.
Газета вернулась к этой теме, опубликовав в марте 2019 г. статью «Человеческое общение – новая роскошь». В ней говорится, что в эпоху тотального доминирования интернета живое общение людей в дефиците. И только люди с высоким уровнем дохода могут себе позволить отключить гаджет, когда захотят. По данным The New York Times, тот же тренд касается и образования. «Богатые начали бояться экранов. Они хотят, чтобы их дети играли в кубики. Частные школы, свободные от современных технологий, переживают бум популярности», – утверждается в статье.
Публикация породила новую волну дискуссий о роли электронных устройств в развитии молодого поколения. Специализированное американское издание об образовании Education Week посвятило этому вопросу специальное подробное исследование.
Оказалось, что обеспеченные дети чаще являются владельцами собственных ноутбуков, планшетов и смартфонов, чем их сверстники из менее состоятельных семей. С другой стороны, обеспеченные родители охотнее говорят с детьми о том, как обезопасить себя в интернете и какими мобильными приложениями лучше пользоваться. В менее обеспеченных семьях больше склонны идти по пути ограничений, выяснил Центр раннего обучения фонда Silicon Valley Community Foundation, опросив семьи в трех округах штата Калифорния.
По данным исследования американского некоммерческого фонда Common Sense Media от 2016 г., 47% респондентов-родителей с низким уровнем дохода (менее $35 000 в год на семью) постоянно или очень часто проверяли соцсети своих детей-школьников. В семьях с высоким уровнем дохода (более $100 000 на семью) постоянным мониторингом детских соцсетей занималось 34% родителей.
Состоятельные родители в среднем меньше боятся негативного влияния высоких технологий на своих детей и полагаются на объяснения, а не на запреты, свидетельствуют собранные Education Week данные.

Гаджет в меру
Владеть достоверной информацией и правильно оценивать преимущества и угрозы, исходящие от цифровых технологий, – одна из важнейших задач для современного школьного образования. Без этого образовательные организации не смогут использовать плюсы, которые скрыты в мобильных телефонах учеников, пишут авторы опубликованного в 2018 г. доклада Организации экономического сотрудничества и развития (OECD) «Новые технологии и дети XXI в.».
«Сейчас московское образование – это своего рода бенчмарк, оно уже вполне может быть экспортным продуктом, который мы будем предлагать коллегам в других странах и в других городах»

Михаил Кожевников
президент ГК «Просвещение»
Однозначно можно утверждать, что продолжительное время, проведенное за экраном гаджетов, влияет на качество сна, говорится в докладе.

Другой факт, подтвержденный исследованиями, – ухудшение способности определять приоритеты при чтении или учебе. Некоторым современным школьникам и студентам сложно сосредоточиться на материале – например, дочитать главу учебника до конца, не отвлекаясь на смартфон. Такой феномен действительно приводит к ухудшению успеваемости. Однако это свойство психики характерно только для заядлых «многозадачников» (мультитаскеров), которые постоянно используют несколько гаджетов одновременно, непрерывно между ними переключаясь (например, смотрят сериал на ноутбуке и параллельно общаются с друзьями в мобильном телефоне).
Согласно исследованию Стэнфордского университета от 2009 г. «многозадачность», которая совсем недавно считалась «навыком будущего», во многом некорректный термин. Человеческий мозг не в состоянии выполнять несколько задач одновременно. При мультитаскинге он просто очень часто переключается, постоянно меняя свои приоритеты. Через некоторое время мозг привыкает к такому режиму, и удержать внимание на чем-то одном становится гораздо сложнее.
С другой стороны, по данным OECD, многие другие угрозы для здоровья приписываются гаджетам без достаточных оснований. Например, большое количество времени, проведенное за экраном, не гарантирует ухудшение физической формы. А увлечение видеоиграми не ухудшает социальные навыки и даже, напротив, может улучшить их. Согласно результатам исследования, которые были опубликованы в Journal of Youth and Adolescence в 2013 г., некоторые жанры видеоигр развивают стратегическое мышление у мальчиков, а у девочек способствуют повышению отметок в школе.
Директор Фонда развития интернета Галина Солдатова и клинический психолог Центра патологии речи и нейрореабилитации Анастасия Вишнева представили на международной конференции Edcrunch результаты исследования, посвященного особенностям развития когнитивной сферы у детей с разным уровнем онлайн-активности. Ученые рассказывают о так называемой цифровой гипотезе Златовласки, называя ее на российский манер «гипотезой Маши и трех медведей». Эта гипотеза гласит, что существует оптимальное количество времени, которое дети в зависимости от возраста могут проводить за экраном смартфона.
Согласно результатам исследования Солдатовой и Вишневой для детей от 5 до 6 лет оптимальное время использования гаджетов составляет до 1 часа в день, для школьников от 7 до 11 лет – от 1 до 3 часов, для младших подростков (12–13 лет) – от 3 до 5 часов. Таким образом, время, проведенное за смартфоном, может быть полезным для развития ребенка. Главное – знать меру и обладать правильной мотивацией.
В этом школьнику и должны помогать педагоги.

Смарт-школа

На этом принципе построена концепция e-learning, которая становится популярной в школьных системах США и Европы.
«E-learning – это создание определенной среды, которая отличается по способам обучения от привычного обучения в классе и нацелена на получение новых образовательных результатов. E-learning существенно расширяет диапазон применяемых технических средств, не ограничиваясь только школьным оборудованием», – пишет в своем исследовании Диана Королева, ныне директор Центра изучения инноваций в образовании НИУ ВШЭ.
Основная идея этого подхода заключается в том, что если мы хотим обучать детей пользоваться новыми технологиями, то должны сделать технические средства неотъемлемой составляющей учебного процесса. Речь не об уроках программирования или робототехники – задача в том, чтобы превратить гаджеты не во врага школьного учителя, а в союзника вне зависимости от дисциплины, которую он преподает.
Согласно докладу Еврокомиссии «Цифровое обучение в школах Европы» от 2019 г. уже более половины стран региона (доклад анализирует школьные системы в 43 странах, в том числе в 28 странах – членах ЕС) внедряют комплексный подход e-learning в начальной школе. В других европейских странах распространена смешанная система: навыки цифровой грамотности преподаются и как отдельный предмет, и в рамках «традиционных» школьных дисциплин.
«Учитель в эпоху тотального доступа к любой информации должен стать навигатором, научить ребенка алгоритму добычи и обработки информации для решения нужных задач. И самое главное – осмысленно использовать эти массивы данных. Это, конечно, сильно меняет требования к учителю. У него помимо всех знаний и умений теперь должны быть навыки ментора. То есть человека, который активно помогает ребенку в осмысленном и мотивированном развитии», – говорит в интервью «Ведомости » президент группы компаний «Просвещение» Михаил Кожевников.

Не все готовы к этим изменениям.
Исследование «Всегда онлайн: использование мобильных технологий и социальных сетей современными подростками дома и в школе» Королевой из НИУ ВШЭ было опубликовано в 2016 г. Уже тогда было очевидно, что Россия начинает постепенно отставать от современных преподавательских практик. По крайней мере, в той части, которая касается обучения навыкам, связанным с высокими технологиями. При этом Россия продолжала занимать высокие позиции в международных рейтингах (например, в рейтинге OECD от 2014 г. РФ была на 5-м месте среди 29 стран по общему уровню инновационности школьного образования).
Королева не видит в этом противоречия. По ее мнению, по мировым меркам российские школы хорошо оснащены компьютерной техникой и в этом смысле цифровизация образования выглядит успешно. Однако оснащенность – это последствие образовательных реформ, которые были запущены в стране еще в середине 1980-х гг., утверждается в ее исследовании. Тогда было очевидно: чтобы успеть за техническим прогрессом, нужно создавать в школах компьютерные классы и учить детей работать на ЭВМ.
Рейтинг OECD от 2019 г. подтверждает эту теорию. На графиках, которые касались использования компьютеров для решения задач или моделирования научных экспериментов, Россия стабильно входит в пятерку лидеров. Однако совсем другая ситуация в частях рейтинга, которые измеряют, насколько часто школьников просят самостоятельно искать дополнительную информацию по теме, в том числе на научных и образовательных онлайн-ресурсах. Другими словами, российские школьники сегодня часто используют компьютеры на уроках. Но их мало кто учит, как пользоваться гаджетами в свободное время: где искать нужную информацию и каким источникам доверять.
Более того, по данным рейтинга, Россия демонстрирует отрицательную динамику и по числу школьников, которым учителя задают напечатать сочинение на компьютере.
Сейчас у многих российских учеников есть более современные устройства, чем предлагает учебное заведение, а интернетом они пользуются активнее, чем учителя.
Тем не менее в российском информационном поле до сих пор возникают инициативы по запрету высоких технологий для учеников. Например, в июле 2019 г. глава Роспотребнадзора Анна Попова объявила о том, что ведомство готовит предложение о запрете мобильных телефонов в школах. Позже идею поддержала спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко. В августе рабочая группа Роспотребнадзора, Рособрнадзора и Министерства просвещения обнародовала официальные рекомендации по этому вопросу. Полный запрет государственные ведомства не поддержали, но выступили за ограничение на использование гаджетов.
В диссертации Королевой «Использование мобильных и сетевых технологий в обучении школьников» от 2018 г. утверждается, что в России нет единого подхода к цифровым технологиям. Некоторые учителя просят школьников использовать гаджеты для поиска информации по теме урока, другие – забирают мобильные устройства учеников перед началом занятий. «Таким образом, для самих учащихся правила поведения являются непрозрачными», – гласит текст исследования.
Тем не менее некоторые преподаватели уже сейчас внедряют высокие технологии в учебный процесс, утверждается в диссертации. Чаще всего речь идет не о полноценном e-learning (это сложно без централизованной государственной стратегии), а о его элементах. Например, формат BYOD (Bring Your Own Device – «Принеси свое устройство»), который предполагает, что в ходе занятия школьники «помогают» преподавателю вести урок: ищут вместе с ним информацию с помощью собственных смартфонов.
«Перевернутый класс» – другой формат, в корне меняющий традиционный процесс подготовки к школьному уроку. Учитель просит учеников самих найти информацию в интернете по нужной теме, которую они еще не разбирали. Урок в таком случае превращается в семинар по анализу собранных школьниками знаний.
Эти преподавательские приемы помогают учителю поменять отношение учеников к мобильным технологиям. Если они используют гаджеты в реальном учебном процессе, то перестают относиться к смартфону как к простому развлечению. Таким образом, согласно концепции e-learning формируется привычка использовать гаджет как источник знаний и навыков.
Необходимость адаптации учительского корпуса к вызовам цифровой революции подтолкнула группу компаний «Просвещение» к созданию отдельного образовательного направления для учителей. Академия «Просвещение» дает школьным учителям необходимые цифровые навыки, а также мотивацию к профессиональному развитию в новой высокотехнологичной среде.
«Учителя не любят, когда их учат, они любят учиться сами. И задача нашей академии – как раз разработать такие курсы, которые позволят учителям делать то, что им интересно. Выйти за рамки своего предмета, расширить кругозор, углубиться в отдельные темы, – считает Кожевников. – Сейчас огромное количество современных профессий находится на стыке разных областей знаний. И задача учителя – показать детям возможную ширину применения тех предметов, которые они учат в школе».
По словам Кожевникова, интерес к курсам Академии «Просвещение» проявляют власти тех российских регионов, которые стремятся сделать свою школьную систему более современной.

Столица образования
По степени цифровизации школьного образования Москва заметно опережает все остальные регионы России, а также многие города мира, считает Кожевников.
«Что же касается других регионов, то картина везде очень разная. Где-то об этом говорить рано, так как в достаточной мере не развита инфраструктура. То, что на сегодняшний день делает Москва, стоит попробовать делать по крайней мере в крупных городах. Эффект – как экономический, так и образовательный – будет заметным», – добавляет он.
По собственным данным Московской электронной школы (МЭШ), с конца 2018 г. все здания школ Москвы были оборудованы инфраструктурой проекта: интерактивными панелями, WiFi-точками, ноутбуками для учителей, а библиотекой в настоящее время пользуется более 55 000 московских учителей.
Материалы в библиотеку МЭШ могут загружать как сами учителя, так и любые другие физические или юридические лица, а также индивидуальные предприниматели. Весь новый контент сначала проходит модерацию у методистов и только после ее успешного прохождения попадает в общий доступ.
«Московские методисты – это эксперты высочайшего уровня, – уверен президент «Просвещения». – Они способны осуществлять сложнейшие проекты и оценивать их эффективность, обеспечивая МЭШ тем содержанием, которое позволяет столичному образованию удерживать топовые позиции».
С одной стороны, библиотека МЭШ облегчает учителю поиск и проверку информации, необходимой для урока. С другой – огромное количество материалов, размещенных в библиотеке, заставляет учителя более серьезно подходить к их отбору.
«Нельзя просто вбить тему урока в поисковую строку, скачать сценарий урока и рассчитывать, что завтра занятие пройдет как по маслу, – объясняет «Ведомости&» Ольга, учитель иностранного языка в одной из московских спецшкол. – С таким подходом очень легко попасть впросак. Например, в сценарии урока по иностранному языку может оказаться много незнакомой ученикам лексики, и они просто не смогут выполнить тест. Так что база МЭШ, безусловно, может быть серьезным подспорьем, но подготовки к уроку со стороны учителя она ни в коей мере не отменяет».

Учебник без границ
Еще один важный вопрос ближайшего будущего – что будет происходить в эру цифровизации со старыми добрыми учебниками. Помимо электронных библиотек конкуренцию аналоговому контенту составляют сотни профильных образовательных ресурсов и онлайн-платформ.
Все они объединены термином МООС (massive open online courses – «массовые открытые онлайн-курсы»). Бесплатные учебные программы университетского уровня сегодня доступны людям любого возраста. Часто видеолекции MOOC сопровождают онлайн-методички, которые помогают закрепить материал. Единственный нюанс – многие ресурсы такого типа требуют платы за официальный документ, который подтвердит прохождение того или иного курса.
Очень востребованы в среде школьников короткие видео, которые стремятся объяснить сложные научные теории или научить полезным навыкам в максимально сжатой и эффективной форме. Этот формат активно исследуют, например, американский видеохостинг YouTube и его китайский конкурент TikTok. В том числе потому, что такой контент пользуется высоким спросом у пользователей и одновременно обладает хорошей привлекательностью для рекламодателей.
Обе компании развивают образовательное направление, открывая специализированные видеоканалы и в целом вкладываясь в популяризацию онлайн-образования. В апреле 2019 г. контролирующая TikTok компания ByteDance сообщила о намерении вложить $1 млрд в один из самых крупных рынков – индийский. Видеохостинг договорился с местными образовательными стартапами о массовом производстве учебных видео. Кроме того, TikTok откроет курсы повышения квалификации для индийских пользователей сервиса.
По мнению Кожевникова, классические учебники вряд ли потеряют актуальность в ближайшее время, поскольку они выполняют важную функцию – служат эталоном и методической основой. В России, как и во многих других странах Европы, учебник позволяет контролирующим органам устанавливать правила в образовательной сфере, прежде всего в содержательной части.
«Есть система экспертизы контента, она создана для того, чтобы учебник отвечал на задачи, которые ставит общество, удовлетворял требованиям стандартов, соответствовал научной картине мира, общественному взгляду и т. д. В результате этой системы экспертиз и появляется тот содержательный модуль, который мы называем «учебник». Это продукт консенсуса экспертов, представителей органов власти и общества», – отмечает Кожевников.
Тип носителя для учебника – это другой вопрос. Возможно, в будущем издатели постепенно откажутся от бумаги, как, например, сделало в июле 2019 г. британское академическое издательство Pearson.
«Мы можем создавать учебник в цифровом или симбиотическом виде. Учебник может быть размечен метками или кодами: если наводить на них смартфон, на экране появляются интерактивные элементы. Такие разработки мы тоже ведем сейчас, и я думаю, что весной часть таких проектов покажем», – рассказывает Кожевников. «Просвещение» будет активнее развивать это направление, если почувствует массовый спрос со стороны учителей, добавляет он.
Второе направление эволюции учебника – максимальная персонализация контента. Поскольку интернет позволяет искать знания из самых разных источников, понадобится основа, где эти фрагменты будут объединяться в один непротиворечивый курс или комплекс упражнений.
Цифровые технологии должны очень помочь в создании баланса между разными формами образования, как это делают в хороших вузах, сочетая групповые занятия с индивидуальными, считает президент группы компаний «Просвещение».
Так или иначе учебники уже перестали быть главным источником доходов группы: на сегодняшний день они приносят около 25% выручки. Остальная часть – это вспомогательная образовательная литература, оснащение школ, а также все, что касается работы с учителями, говорит Кожевников.

Технологии образования
Одно из самых быстрорастущих и перспективных образовательных направлений – проекты EdTech (educational technology). Это определенная учебная практика или методика, задача которой – упростить обучение и повысить производительность путем создания технологических ресурсов, их использования и управления ими. EdTech – далеко не только онлайн-курсы, но и разного рода технические решения по менеджменту образования, разработки, связанные с повышением эффективности обучения системы LMS (learning management system).
В совместном исследовании ФРИИ, ВШЭ и «Нетология-групп» говорится, что максимальным потенциалом роста в сфере EdTech обладают сегменты дошкольного и школьного образования.
Крупнейшей образовательной площадкой для школьников в России стала онлайн-школа «Фоксфорд», входящая в «Нетология-групп» вместе с образовательным центром «Нетология». В «Фоксфорде» учится 3,5 млн школьников.
«Исторически самым востребованным был естественно-научный профиль – математика, физика, информатика, химия, а внутри этих направлений лидерами продаж были продукты, связанные с подготовкой к ЕГЭ, ОГЭ и олимпиадам, – рассказал изданию «Ведомости&» директор по развитию «Фоксфорда» Владимир Алешин. – Но в последние годы тенденции рынка говорят об активном росте гуманитарного профиля, который мы видим и в наших продажах. За 2018–2019 г. число школьников, выбирающих гуманитарные предметы, уже превысило число тех, кто отдает предпочтение естественно-научным дисциплинам».
Стабильный спрос на курсы по точным наукам отмечают на платформе «Учи.ру», на которой сегодня обучается более 3,2 млн детей из всех регионов России. «Наибольшей популярностью пользуются курсы по математике и программированию, – говорит заместитель генерального директора образовательной онлайн-платформы «Учи.ру» Сергей Веременко. – Каждый пятнадцатый школьник России впервые попробовал программировать с помощью «Учи.ру». И уже более 1 млн школьников 1–6-го классов написали здесь свой первый код».
Популярность курсов по подготовке к экзаменам и развитию soft skills (так называемые гибкие навыки, не связанные с конкретной профессией и необходимые для успешной коллективной работы и развития карьеры) подтверждают и представители онлайн-платформы «Геткурс» (GetCourse), где онлайн-образование получает около 65 000 школьников. «Наиболее популярными направлениями в сфере образования являются подготовка к ЕГЭ по различным предметам и подготовка к олимпиадам. Кроме того, востребованы проекты по улучшению успеваемости в школе, изучению иностранных языков, языков программирования, поступлению в зарубежные вузы, а также курсы по саморазвитию, развитию памяти и внимания, ментальная арифметика», – утверждают на «Геткурсе».
Регистрируются школьники и на EdTech-платформах, созданных для взрослых пользователей. Игорь Коропов, основатель и программный директор онлайн-университета Skillbox, рассказывает: «Наши программы ориентированы на взрослую аудиторию – тех, кто хочет вырасти внутри специальности или, напротив, попробовать себя в чем-то новом. Аудитория школьников, возможно, даже быстрее улавливает тренд на самореализацию в разных специальностях – в противовес выбору одной профессии на всю жизнь».
«Студентов школьного возраста среди нашей аудитории – 2–3%, – продолжает Коропов. – И большинство из них выбирает курсы, связанные, как ни странно, с управлением. Этот факт может быть обусловлен растущей популярностью понятия soft skills, которое включает в себя навыки командной работы, эффективной коммуникации».
Эта тенденция подчеркивает роль учителя в развитии рынка EdTech. Уже сегодня они могут влиять на то, какие цифровые инструменты будут востребованы среди школьников. Главное, что для этого нужно, – это энтузиазм и искренний интерес к использованию современных технологий в ежедневной работе образовательных организаций.
По словам Кожевникова, активный рост направления по развитию цифровых инструментов обусловлен именно готовностью учителей их использовать. «Чтобы решать образовательные задачи, ты должен уметь складывать информационный пазл из разных источников. Раньше этот навык был уделом узкого круга высокообразованных людей. А сейчас это массовая задача, – считает он. – «Просвещение» может решать эту задачу только во взаимодействии с учителями. Мы можем мотивировать их использовать те или иные цифровые ресурсы для более эффективного обучения детей». Только когда учителя в массовом порядке будут готовы пробовать новые инструменты, начнется новый этап развития отечественного образования, уверен Кожевников.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Confirm that you are not a bot - select a man with raised hand: